|
Шлифовщик лат.
Александр Попадин
18.09.2003
В 16 веке у нас в городе водилась такая профессия, как “шлифовщик лат”. Мастерская располагалась рядом с одной из мельниц, точнее у Средней мельницы, где еще намалывали порох. Сейчас там Нижнее озеро и заборы завода “Росвесталко“*, вдоль которых прогуливаются молодые мамаши с колясками да рыщут небритые лихорадочные личности с бессмертным намереньем “раздавить бутылочку”. Они находят подходящий парапетик, или бревно, или камушек, и на его нагретом боку, всматриваясь в полное теней живое зеркало воды, пьют свою угрюмую неизбывную дозу…
…Сидит мастер-шлифовщик на камушке, на берегу ручья, впадающего в Замковый пруд, курит трубку. Раннее утро. Позвякивая ведрами, к воде идет Марта, красавица-дочь мельника. Издалека нарастает, постепенно приближается, металлический грохот.
- Поднимайся, Карл! Работенка едет! — выкликивает он подмастерье.
Тем временем на дороге появляется клуб пыли, приближается, и, осевши, являет взгляду мастера задрипанного рыцаря на такой же заморенной кобыле. Всего помятого и неполированного.
- Ландскнехт Ганс Якоб Симрехт! — представляется рыцарь.
- Вижу, что не герой, — бормочет себе под нос мастер.
Рыцарь спешивается, разоблачается, и из-под лат открывается мастеру тщедушный рыжеволосый парень с белесыми ресницами.
- Как полироваться будем? В “единичку”? — спрашивает мастер, хотя уже заранее знает ответ: рыцарь небогат, иначе бы латы принес оруженосец. Да и латы латаны-перелатаны, особенно с тыла.
- Да “троечку”, больше не надо. Что мне, зайчиков, что ли, ими пускать? — отмахивается Симпрехт.
- Тогда мог бы и сам речным песочком обтереть…- ворчит мастер.
Ручей течет, ворочает лопасти мельницы, и передает вращение насаженному на ось барабану с речным песком. Под спорыми указаниями мастера подмастерье за пару часов выправляет и — отделывает латы “под троечку”, а ландскнехт тем временем заигрывает с Мартой. Ганс Якоб привлечен белыми зубками да алыми губками.
Мельникова дочка рыцарей перевидала много и разных. Но иначе скучно… Завязывается обмен любезностями, не столь, правда, веселый и игривый, как течение ручья, на берегу которого происходит действие. Марта в последний раз наклоняется к воде и тут же отскакивает, что-то углядев за переплетением струй.
- Там… чье-то лицо! — восклицает она.
- Правильно говорят, что мельники водят дружбу с нечистым, — перекрестившись, думает сам себе ландскнехт.
А мельник сидит у дороги и всё видит…
- Куда папочка, туда, как известно, и детки. Может, эта Марта по ночам на метле катается, кто ее знает? — и чопорное немецкое заигрывание становится еще более ленивым и неинтересным.
Наконец приносят латы. Хозяин осматривает их, долго спорит с мастером об оплате, тыкая пальцем в невыправленные вмятины.
- Цванциг дранциг!
- Рехнулся парень! В последней битве из тебя явно вышибли остатки мозгов. Сейчас и цен таких нет! Дранциг цванциг.
- Здесь ржавь осталась, а здесь вмятины даже новые появились… Цванциг дранциг и две индульгенции.
- Вот именно, потому что… Ладно, по рукам!
Громыхая, довольный ландскнехт Ганс Якоб Симпрехт удаляется, поблескивая на солнышке ровно на “троечку”.
…Вот так и я, довольно сияющий ровно на “троечку”, иду и несу в руке скатанное в трубочку письмо. Я получил весточку от Нее, я тоже участник переписки! С сердечным трепетом присаживаюсь на остановочную скамейку, напротив кирхи Адальберта Пражского** . Что-то ниспослали сегодня мне боги? какие невидимые линии вплетутся в вервие моей судьбы в то мгновение, когда я вскрою письмо? Половину изменений в моей судьбе произошли от того, что я что-то разворачивал, или что-то открывал и читал! Сегодня именно такой день. Рука Судьбы завернула, я должен развернуть.
Развернув, я читаю: “Встретимся у Шиллера в 9-00”…
3.3.В.
Псевдобуквица.
Как ни печально, я вынужден ставить многоточие в нашей романтической прогулке. Но сколько осталось не пройдено! сколько еще пар ботинок не истоптано ногами моего современника по мостовым нашего Города… Дабы восполнить пробел, и пока еще не наступила (с неизбежностью, с роковой неизбежностью) время раскрыть тайну тормозной жидкости, — набросаем эскизную карту наших встреч с Городом, с его непарадным лицом, с лабиринтами его мест и настроений.
* Бывший Кёнигсбергский завод по производству шнапса “Менталь”.
** в ней сейчас расположена лаборатория института по радиоволнам и земному магнетизму под названием ИЗМИРАН. В памяти всплывает детский фольклор: “Дядя Женя всех поженит, переженит, выженит. Дядя Измир всех измерит, перемерит, вымерит”.
Прим. редакции: Книга написана в 1998 году, поэтому некоторые описываемые достопримечательности города могли изменить свой облик или вовсе исчезнуть к нашему времени.
Последние публикации в рубрике:
16.12.2003: Секрет изготовления грибных ножей с использованием городского трамвая и тормозной жидкости (вместо заключения).
14.10.2003: Весенний вал.
06.10.2003: Через звезды и тернии.
04.10.2003: Западное предместье.
29.09.2003: Избранные маршруты: рецептурная часть.
| 
