|
Калики мы, перехожие! Аннушка уже разлила масло.
Александр Попадин
07.02.2002
“Калики мы, перехожие!”.
Достопримечательности не обязательно мертвы и неподвижны. Я, например, знаю девочку, которая является достопримечательностью нашего двора. Как я недавно узнал, я сам был достопримечательностью в школе: до седьмого класса, если у меня развязывались шнурки на ботинках, я ходил с развязанными, утверждая, что “они мне совсем не мешают”. Потом мать мне купила ботинки с очччень длинными шнурками, и тут уж действительно стало неудобно. С тех пор шнурки я завязываю.
“Если в туристическом справочнике одна из достопримечательностей выделяется из числа других как самая главная, например самая высокая гора, самая круглая дырка в стене, тысячи других красот пропадут попусту, подобно непризнанным гениям рода человеческого. Люди видят Мадлен и Лувр, но они не видят Парижа. Они видели семь чудес света, но самого света так и не видали”. Г.К. Честертон. “Слепота любителя достопримечательностей“
Как известно, каждый приличный город имеет своих “городских сумасшедших”. Трансформация человеческой ткани эпохи породило “ГС” и в нашем городе. Взявшись исследовать и этот род людского племени, я обнаружил в нем массу интересного и поучительного. “Городской сумасшедший” — это скорее не диагноз, а манера, с которой некоторые люди публично присутствуют в городской жизни. Социальная природа также не терпит пустоты, и при должных свободе и разнообразии общество выделяет из себя двух-трех, а то и больше, “ГС”. Это не нищие и не пьяницы, это не бомжи — во всяком случае, не обычные бомжи. У каждого из них свой почерк публичности, свой способ быть заметным и узнаваемым.
“Аннушка уже разлила масло!”.
Так уж сложилось, что в нашем городе “ГС” утвердились только лишь после 1985 года, и список их невелик. Среди весьма серых фигур особняком и выпукло стоят две-три общегородского масштаба, затмевая остальную массу.
Одна из них, Аннушка, на наших с вами глазах претерпела эволюцию совершенно замечательную и по-своему уникальную. Начинала Аннушка, как тогда многие ее собратья, с уличных номеров художественной самодеятельности. Стоя у вокзала или на рынке, она басовито выводила: “Надежда — мой компас земной…”, и люди подавали ей, сколько могли: за старание (каждый раз она старалась очень, прямо как ученица на экзамене), за репертуар и за смелость. Вид у нее был не попрошаечный, а просто: вот считает человек, что умеет петь, не хочет оставаться в безвестности, а желает нести свой дар людям. Всегдашнее старание при исполнении отличало Аннушку от остальных немногочисленных “певунов”. Она первая “разработала” возможные для исполнения точки самотеки: Южный и Северный вокзалы, крупные универмаги, Центральный рынок, и прочее. Эволюция ее имела три классических фазы, три составные части. Начальная стадия покоилась на удивлении: прохожий шел по своим делам, и тут до его уха доносится женский голос, не стесняющийся себя и других, и не всегда точно выводящий отдельную руладу. Потом возникала ОНА: немолодая, можно сказать “солидная”, крупных форм женщина в платочке. Если принарядить и поставить на сцену Большого театра, вполне сойдет за оперную примадонну. “Ну, надо же, — думал прохожий, — вроде нелепица, неудобно, — ишь, а не боится!” — и бросал ей денежку, особенно если песня была родная, из юности или детства.
Вторым этапом, или фазой, был этап мучительного творческого поиска. Аннушку уже все знали, видели, у нее несколько раз брали интервью, и один раз она стала “человеком номера” газеты “Новый наблюдатель” (предыдущим “человеком номера” был мэр В. Шипов). Известность, таким образом, появилась, но она почему-то не потянула за собой всех своих благ, например, поклонников. Говоря артистическим языком, “не сложилась своя публика”. Удивление кончилось, люди привыкли к Аннушке как к подвижному элементу городского ландшафта, привыкли и к решимости, и к репертуару.
Познав отдаленное свечение славы, стремясь и дальше зарабатывать непременно лишь творчеством, Аннушка полгода занималась поиском новых “ходов”. Она пела: “Роу, роу, Распутин, рашен спэйзив лав машин”, она изучала публику: ее структуру, ее пластичность и температуру эмоций. Это была не булгаковская жертва художественной самодеятельности, а человек, считающий себя бриллиантом и требующий от общества только одного: достойной оправы.
Наконец оправа была найдена. Аннушка нашла свой козырной ход, эволюция вступила в третью, решительную фазу. “Если мое пение стоит денег, то мое молчание в десять раз дороже” — был ее новый девиз.
Аннушка приходила на рынок, становилась рядом с каким-нибудь лотком, и заводила: “Пусть бегут, неуклюжи, пешеходы по лужам…” Покупатель, если он имелся поблизости, брызгал в разные стороны. “Уйди, уйди, холера!” — кричал продавец, но потом смирялся, давал тысячу, и говорил: иди туда-то, там попой. Аннушка победно удалялась по указанному адресу. Бить ее не решались, да к тому же она каким-то образом получила косвенное протеже со стороны рыночных боссов — по слухам, последним нравилось ее чувство юмора.
Через месяц работа ее свелась к минимуму. Она с утра приходила на рынок, шла по рядам, и произносила фразу индийских факиров: “Мелочь не образовалась?” Если отвечали отрицательно, она говорила: “ну я потом зайду”, — и все знали, зайдет ведь…
К следующему разу мелочь образовывалась.
Если вдруг кто ерепенился, действия Аннушки были точные и быстрые, как у супермена в американских боевиках. Один раз я застал сцену, когда молоденькая, только что испеченная продавщица стояла с коробками конфет литовской кондитерской фабрики, а Аннушка с упоением, ей одной, исполняла половину своего репертуара. Продавщица, ничего не понимая, смущенно улыбалась; Аннушка же горела желанием исполнить другую половину. Покупатель этой сцены избегал, я тоже поспешно ретировал: кто ее знает, еще обратит на меня внимание…
Прим. редакции: Книга написана в 1998 году, поэтому некоторые описываемые достопримечательности города могли изменить свой облик или вовсе исчезнуть к нашему времени.
Последние публикации в рубрике:
16.12.2003: Секрет изготовления грибных ножей с использованием городского трамвая и тормозной жидкости (вместо заключения).
14.10.2003: Весенний вал.
06.10.2003: Через звезды и тернии.
04.10.2003: Западное предместье.
29.09.2003: Избранные маршруты: рецептурная часть.
|
