|
Земельное Финансовое Ведомство
Балдур Кёстер. Перевод Алексея Шабунина.
28.08.2006
(позднее Верховная финансовая дирекция)
Сейчас областная администрация, Альте Пиллауэр Ландштрассе 3 — ул. Дмитрия Донского, 1.
Время постройки: 1928г.
Архитектор: Фридрих Ларс.
Примерно в то же самое время, что и вероятно спроектированное в Берлине Расчётное почтовое ведомство возникли две другие административные постройки: описываемое здесь Земельное финансовое ведомство архитектора Ларса и показанный следом Государственный архив Роберта Либенталя, спроектированные кёнигсбергскими архитекторами. И если в Центре почтово-чековых расчётов с отпечатком монументальности были продолжены консервативные традиции предвоенных лет Первой мировой, с одновременным проявлением первых зачатков тоталитарных форм 30-х годов, то в приводимых следом примерах мы видим перед собой двух типичных представителей двух других направлений, которые в 20-е годы пытались найти другое новое выражение архитектуры: проистекавшее ещё из классической традиции понимание Фридриха Ларса с отзвуками экспрессионизма и традиций ремесленничества, а также строго деловые чисто кубические формы стиля “баухаус” Роберта Либенталя на примере государственного архива.
Строительное описание:
План соответствует общепринятой схеме административного здания. Также как и в построенном в 1913 г. Земельном и административном суде два одинаковых, длинных в большинстве своём с двойной привязкой административных блока сгруппированы вокруг двух похожих внутренних дворов. И лестницы расположены схожим образом в углах зданий. Да и помещения, привязанные только к растру оконных осей, могут быть поделены на произвольные размеры. Даже сама внутренняя конструкция состоит тут, как и в 1913/16 гг., из несущих стен. Собственно, прогресс здесь заложен не в функциональности, и даже не в конструктивном смысле, а в формальности.
Прежде всего бросается в глаза изогнутый фронт здания. Само собой, Ларс просто позаимствовал её у лёгкой кривой Пиллауэр Ландштрассе. Однако, случись это за 15 лет до того момента, здание просто сдвинули бы вглубь и спрямили фронт. Теперь застылость, блочность преодолеваются, а на тыльной стороне изогнутость даже ещё раз воспроизводится. Внутри прослеживается похожее изогнутое движение в прохождении лестничной клетки. Консервативным тут является упорство в сохранении симметрии. Здесь прямо-таки напрашивалось создать массой здания, как это сделал Либенталь в случае с Государственным архивом, своего рода центр тяжести на севере в направлении к Новому драматическому театру. Но как раз это противоречило позиции Ларса.
Ведь само оформление, насколько бы прогрессивным оно не было для 20-х годов, с другой стороны, выказывает некоторую зацикленность на определённых традиционных формах. Но начнём с нового: с момента строительства Ганнсом Хоппом Торгового двора в 1923 г., светлый красный обожжённый кирпич воспринимался сам по себе архитектурой без всяких добавок (до того момента известны были только жёлтый и тёмно-обожённый клинкерный камень, да и то в большинстве своём в сочетании с формами из штучного камня). Окна четырёх этажей по среднему изогнутому тракту расположены спокойными нерасчленёнными рядами. И только оба боковых ризалита расставляют акценты. Хотя выступающие вперёд стеновые пилоны в 20-х годах уже были известным мотивом в северо-немецком строительстве с применением обожённого кирпича, в Кёнигсберге они были чем-то новым. Из-за того, что Ларс весьма искусно расставляет эти вертикальные элементы только перед ризалитами, они не только связывают друг с другом пояса окон среднего блока, но и, повторяясь также перед тремя ризалитами на обратной стороне, подразделяют сильно вытянутое здание на чётко различимые фрагменты.
Свою громоздкую (тяжёлую), расщеплённую форму ризалиты получили благодаря другому образному средству. Из-за кубического, вдающегося в чердачный этаж блока они стали пятиэтажными, помимо всего ризалит имеет хотя и прагматичный, без украшений фронтон, но из-за своего простого наклона, адаптированного под конструкцию крыши он производит ещё больше поражающее воображение впечатление. Точно неизвестно, была ли такая форма фронтона сделана с прицелом на то, чтобы был виден угол наклона крыши, т.е. как функционально обоснованная форма, или речь идёт всё же о компоненте классицизма, хотя и весьма сдержанном. Такая мысль напрашивается уже потому, что двумя этажами ниже появляются пять полукруглых окон, бывшие благодаря своему расположению поперечин предпочтительным мотивом предшествовавшего неоклассицизма. Так или иначе, именно эти компоненты на ризалитах, которые нельзя просто так отбросить как чисто декоративные, придают зданию его ни с чем ни спутываемую форму.
Прежде перед порталом стояло два пилона (*) с созданными Германном Брахертом женскими фигурами.
Здание, в котором сейчас располагается областная администрация, находится в великолепном состоянии. И хотя при косметических работах внутренний облик был изменён, и в коридорах и во входном холле видные отдельные детали прежнего интерьера. Внешне полностью сохранился вид крутой крыши и маленьких слуховых окон. Правда, и здесь окна изменены. Из створок удалены поперечины, о чём было уже указано во введении (на стр. 15 с иллюстрацией) как об ошибочном примере. На первом этаже северной стороны ещё можно видеть отдельные окна со старыми поперечинами.
Архитектор Фридрих Ларс
1880 — 1964
Родившийся в Кёнигсберге Фридрих Ларс посещал Реальную гимназию в Лёбенихте, потом учился в Высшей технической школе в Берлине-Шарлоттенбурге, сдал с отличием экзамен и стал правительственным руководителем строительства. В 1906 г. он получил премию Шинкеля. В 1908 г. вернулся в Кёнигсберг, где возглавил кафедру архитектуры в Академии искусств, став в 1911 г. там профессором. В 1934 г. ему пришлось покинуть Академию искусств. В январе 1945 г. он бежал из Кёнигсберга и позднее поселился в Штуттгарте.
В 1956 г. вышла его книга “Кёнигсбергский замок”, которую он смог закончить только к тому времени благодаря спасённым частям рукописи. Среди его самых известных работ в Кёнигсберге помимо Земельного финансового ведомства также и холл искусств у башни Врангеля (построена в 1913 г.), новая Академия искусств (1913-1919 гг.) и гробница Канта (1924 г.). Хотя Ларс то и дело использовал простые, прагматичные формы, он так и не стал бескомпромиссным приверженцем Современного (модернистского) строительства. То и дело — несколько скрыто — проявлялись моменты классицизма времён его молодых лет творчества.
Последние публикации в рубрике:
25.04.2007: Заключительное слово
19.04.2007: Город-сад Ратсхоф
17.04.2007: Двойной жилой дом по Галгарбенштрассе, 10-12 / Лохштедтер Штрассе
13.04.2007: Односемейный дом по Резиденцштрассе, 3
10.04.2007: Вилла Винтер – поселение Марауненхоф
|
