|
Советсткий “вклад” в немецкую архитектуру
Балдур Кёстер. Перевод Алексея Шабунина.
06.03.2006
После изгнания последних немцев, начиная с 1949 года, из всех частей СССР в Калининград стали переселяться русские люди, часто жившие в таких же жёстких условиях, при которых немцы покинули город. Для новых жителей надо было срочно создать условия для проживания. И только в этот момент началось систематическое восстановление выжженных изнутри жилых домов, которые в большом количестве находились на окраинах города. Правда, начало гражданской жизни сначала проходило под руководством и надзором военной администрации, и только в 1947 году возникла гражданская администрация. Военная администрация не только восстанавливала все подчинённые ей здания, она также участвовала в материальном и духовном снабжении гражданского населения. Многие созданные тогда учреждения сохранились до сих пор. Так, например, военная комендатура до сих пор имеет собственную организацию торговли всех видов, служивших сначала для снабжения семей военных, а позднее и всего гражданского населения. Основанные тогда дома культуры (например, “Дом Офицеров”) по-прежнему эксплуатируются и руководятся военными. Позитивным было то, что немецкие здания, которые взяло на баланс и восстановило военное командование, по-прежнему поддерживаются им в хорошем состоянии. Частной инициативы, которая так окрыляла восстановительные работы на Западе, Калининград не ведал. Здесь скорее — иначе чем в других городах России с местным населением — полагались исключительно на директивы из Москвы.
Царящий повсюду дефицит предписывал в период восстановления особенно при строительстве жилья экономить, где только возможно. Здания упрощались в плане, лишние окна замуровывались, выходящие наружу лестницы, казавшиеся чересчур роскошными, переносились внутрь домов, выступы и ниши (излюбленные средства романтического стиля в строительстве на переломе веке) “выравнивались”; в общем, из прежде подвижно расчленённых домов возникли скорее кубические формы зданий. Но, прежде всего, принятые в немецкое время здания с черепичной крышей с углом наклона около 48 градусов рассматривались как неэкономичные, а поэтому вместо них строились дома с более плоскими крышами с углом наклона в 20 — 30 градусов, покрываемые пластинами из волнистого асбестоцемента (так как вообще-то тогда не было и заводов для производства кровельной черепицы). Это “экономическое” решение до сих пор оказывает своё влияние на внешний вид многих улиц, которые казалось на первый взгляд пощадила война, но на которых чуть позднее замечаешь, что их характер существенно изменён. Ведь крутая черепичная крыша раньше была весьма заметна с противоположной стороны улицы; а вот плоская крыша из волнистого асбестоцемента теряется из поля зрения, в качестве завершения крыши воспринимается разве что водосточный желоб (или добавленный позже более широкий карниз). С другой стороны при виде старой черепичной крыши сразу ясно, даже если не хочется этого признавать, что этот дом в целом из немецкого времени.
Позитивным был, ранее в немецкое время в таком виде неизвестный, энтузиазм из-за цветового оформления. И если была нужда как-то перекрасить прежние черепичные поверхности, то использовались непременно яркие цветовые тона, при этом архитектурные части были в большинстве своем выделены белым цветом.
Ну а при явно видных недочётах в исполнении, которые возникли при восстановлении, следует всегда думать о том, что тогда не было в немецком смысле слова никаких профессиональных рабочих: бывший Новый драмтеатр был восстановлен строителями Балтийского флота, университет Альбертина строили военнопленные, которых каждый день привозили на стройку на грузовиках
Но в 50-е годы, в первый период восстановления, экономили действительно только на постройках второстепенного значения, в эти годы возник феномен особого рода, который шёл наперекор этой экономии: любовь к монументальности, свойственное сталинскому времени. Тогда в Москве ещё вовсю царило неоклассическое понимание архитектуры. И если речь шла о великой архитектуре, то планы для Калининграда создавались в Москве (как прежде в прусское время проекты правительственных зданий и школ поступали из Берлина); один из этих шедевров из Москвы — фасад Калининградского драмтеатра, который был создан в 1960 году по московским планам и при московском руководстве строительством. Даже жилищное строительство было возвышено такого рода “декорацией”. Это хорошо видно на бывшей Хуфеналлее, нынче проспекте Мира, который из-за промедления в планировании в центре города уже тогда неформальной главной улицей Калининграда. Одним из примеров можно назвать дом по адресу проспект Мира 49/51 , который был построен незадолго до первой мировой войны и имел весьма простое оформление (он был разделён простыми штукатурными поясами и оконными откосами и был украшен только в немногих местах). При восстановлении дом сохранил свои прежние окна, но в районе лестничных клеток и балконов подвергся усиленной декорации; но в первую очередь крыша была приподнята за счёт балюстрады, а над лестничными клетками были установлены две очень любимые острые пирамиды. За этой зоной крыши можно различить уже названную плоскую крышу из волнистого асбоцемента.
Тогда полагали, что такого рода декорацией можно уничтожить старое и создать что-то новое, перед населением такие постройки выдавались даже в качестве новых творений, для чего на них наносились новые года постройки из 50-х годов.
И если конструкциям жилых домов на Хуфеналлее нельзя было отказать в определённой элегантности, насколько сравнима она с эклектичными проектами перелома века в Германии, то слишком ревностное применение неоклассических красот во многих случаях вело к гротескным ситуациям. Примером этого является школа Шеффнера на углу Арндтштрассе и Вибештрассе, построенная в 1910 году, первоначально она была сильно расчленена (со сменой этажности с трёх до четырёх) и подогнана под стиль сельских домов поселения Ратсхоф с помощью мансардной крыши и двумя высокими фронтонами. От сгоревшей постройки для дальнейшего использования были взяты только стены, в остальном прежде продуманное деление здания с его мансардными крышами и фронтонами игнорировалось, само сооружение было снивелировано повсюду до высоты в четыре этажа. Чтобы приукрасить возникшее таким образом строительное тело в форме ящика (а также выделить угол здания с градостроительной точки зрения), на углу был установлен плоский, двухэтажный портик, четырёхколонный на Вибештрассе и трёхколонный на Арндтштрассе; между выдержанным в трезвом стиле здании и этой добавкой от классицизма нет никакой связи. Здесь, впрочем, также использовалась плоская крыша из волнистого асбоцемента со скатами, конструктивные проблемы которой описывались выше.
Последние публикации в рубрике:
25.04.2007: Заключительное слово
19.04.2007: Город-сад Ратсхоф
17.04.2007: Двойной жилой дом по Галгарбенштрассе, 10-12 / Лохштедтер Штрассе
13.04.2007: Односемейный дом по Резиденцштрассе, 3
10.04.2007: Вилла Винтер – поселение Марауненхоф
|
