|
Транснадёжность
Александр Попадин
11.05.2007
Юноша роет канаву
сильною смелой рукой,
рабочие строят державу
чтоб вновь обрести покой.
Транснадёжность! Сверхтерпенье! Будь терпелив!
П.Мамонов
Вторжение одноклассников, пусть и знаменитых, пусть и именитых, но припоздавших, вызвало в Иванове не самые приветливые чувства. Особенно после того, как промелькнула искра. Вовка разул свои сапоги с надписью “кальма”, поставил их в угол и включил свет.
Осветился неприбранный ивановский быт. Наступила тишина, и гости некоторое время сидели молча, прикрыв ослепленные глаза.
- А что это ты всё с Владом обсуждаешь, а с нами — нет? — угрожающе спросил Иванов у Александры. — Ты с нами тоже обсуждай, мы члены одной команды.
Мы опять видели перед собой человека, который мог когда-то стать командором, мы видели Иванова-льва, царя всей ивАновской! Иванов вновь оказался в центре игры, он надёжно защищает ворота нашей сборной, он отбивает мяч за мячом, и нападение противника бессильно!
- Правильно! Что это я с тобой всё обсуждаю? Беда в том, Влад, что на тебя нельзя положиться. Но ты ведь не один, правда? — С этими словами Александра обернулась к нам с Ивановым. — Кроме тебя есть еще и мой любимый одноклассник Вова. И Саша. А это люди, не в пример тебе, надёжные. Уж вы-то надёжные люди, правильно я понимаю?
Я сразу почувствовал себя чрезвычайно надежным человеком. Отчего-то раньше я над этим своим свойством не думал, только слышал и в книжках читал, как многие женщины оценивают мужчин именно по этому параметру строительных конструкций. Но никогда не задумывался над собственной надежностью в глазах привлекательной дамы с большим авиационным будущим.
- Надёжней некуда. Только вот наша экспедиция вас не касается. — Твёрдо сказал Иванов.
- Почему не касается?
- Вы к ней не готовы. Мы не можем на вас положиться. Вот ты, например, можешь на меня с Сашей положиться, в отличие от Влада, а вот мы с Сашей на тебя положиться не можем. Да и не готовы вы.
- Вся подготовка — одеть сапоги, взять фонарики, верёвку, и всё. Какая ещё нужна подготовка? Захватим ещё эту книжку, и в путь, — уверенно сказала Александра. В её глазах читалось изумление: как она раньше не догадалась, что это так просто? Зачем она нас уламывает, вместо того, чтобы ровно так и сделать?
- Почему ты взяла именно эту книжку? Можно взять другую. У меня таких книг полный угол. Вон, посмотри. — Иванов показал рукой.
- Что, эта книга неправильная? Тогда возьмём другую.
- Нет, почему же, правильная. И другая будет правильная. Но по книжкам нельзя разыскивать тайну! — взорвался Иванов. — Книги — плохое подспорье в поисках кладов, сокровищ и подземелий!
- Даже эта? — Александра помахала в воздухе “Тайнами готических соборов”.
- Даже эта.
- Зачем тогда тебе пуды ненужных книжек?
- Я ищу лёгкую книгу, — ответил Иванов. — Их очень мало, вы всё равно не поймёте. Многие книги несут ум, знания или даже мудрость, но очень немногие несут радость. А радость тяжеловесной не бывает, это обязательно полёт. Люди их читают и радуются, от радости становятся легче и взлетают вверх, и оттуда видна им тайна. Без лёгкости открывается тебе кукиш, а не тайна! Но нельзя, чтобы вот так запросто, за здорово живёшь, люди взлетали вверх, потому что они, взлетев, могут оглянуться назад и превратиться в соляной столб, упасть с высоты и воткнуться в асфальт. Не привыкли люди смотреть в глаза своих демонов… Поэтому существует естественная защита, когда люди не знают, что книга лёгкая, и читают её как обыкновенную.
- И тогда что? — симпатично округлила глаза Александра.
- В том-то и дело, что ничего. Книга в самом деле становится обыкновенной. Зато ни одного соляного столба на улицах.
Виталий Валентинович и Александра сосредоточенно молчали, переваривая услышанное.
Я заметил, что периодически каждый из нас говорит очень здравые вещи, но говорит недолго, не удерживаясь на этой ноте и соскальзывая вниз, к неблагоразумию и безоглядности. Тогда эстафету продолжает другой участник похода. Здравомыслие, посещая каждого из нас и не имея возможности задержаться надолго, перелетает с одного на другого, изумляя окружающих и самого говорящего своими проблесками. На сей раз центром здравомыслия оказался хозяин квартиры. Посрамлённый Влад ненадёжно помалкивал, я же сидел в засаде, на случай подмоги. Я знал, о чём Вовка говорит. Он говорит про людей, что проскальзывают мимо истины точно так же, как проскальзывают мимо лёгких книг, пытаясь читать их спешным образом. Они едут в трамвае, поглядывая, когда будет их остановка, или жуют бутерброд на перемене, — и в перерыве между поглядыванием или жеванием смотрят под обложку, — и тщетно, никак у них не выходит прочитать лёгкую книгу. То есть они думают, что прочитали, ознакомились, а некоторые даже — что проняли, но уверяю вас, это лишь иллюзия.
Их обманула спешка. Так же как к поднятию сверхтяжёлых тяжестей нужна тренировка, и мы это знаем, глядя на тяжелоатлетов; также к поднятию сверхлёгких тяжестей тоже нужна тренировка, — а вот об этом знают очень немногие. По-своему готовятся к таким процедурам восточные мастера. Они на три дня запираются у себя в мастерской, все эти три дня ничего не едят, а только лишь пьют козье молоко и смотрят в одну точку, и на третий день, когда осела пыль, вызванная ежедневной суетой, они встают с топчана, медленно подходят к сверхлёгкой тяжести, и с едва заметной улыбкой на устах её поднимают.
Поэтому они и стали в своё время мастерами.
Последние публикации в рубрике:
06.07.2007: Вместо послесловия
19.06.2007: Два простых немца
14.06.2007: Оптический обман
13.06.2007: На поверхности
09.06.2007: Глава IV. Не свернул. Максимы о Рыжей Ритке. Отступления о молчании и сапогах
|
